Алмазы — слезы земли

Алмазы — слезы земли

08.04.2019 14:36
2765
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Прошло около ста лет с того дня, когда молодой пастух нашел на берегу реки Оран­жевой алмаз в 83 карата. Так был открыт путь к алмазам Африки. От Сьерра-Леоне до Кейптауна люди разных рас и националь­ностей с упорством кротов ведут поиск чи­стых и редких слез земли, которые образо­вались за тысячелетние муки ее геологиче­ской эволюции. По оценке Американского горного бюро, в недрах Африки находится 99 процентов всех драгоценных камней и промышленных алмазов в мире (исключая социалистические страны).

Жители Сьерра-Леоне добывают алмазы кустарным способом. Они получают прави­тельственные лицензии на добычу и сдают свои находки государственной организации «Гаверамент дайамонд оффис». Компания «Сьерра-Леоне селекшн траст» для добычи алмазов использует машины. Она обладает монополией на разработку алмазоносного песка на территории округов Енгема и Тонго.

Однако в обоих случаях добыча алмазов контролируется монополией «Де Бирс» че­рез «Уэст Африка дайамонд корпорейшн», которая руководит правительственной орга­низацией «Гавернмент дайамонд оффис», или через «Консолидейтед Африкан се­лекшн траст», филиалом которой является «Сьерра-Леоне селекшн траст».

 

Старатели и монополия

Кенема — крупный рынок алмазов — представляет собой большое селение, затерянное в зарослях. Здесь около 2 тысяч жителей, в том числе до сотни европейцев — англичан, швейцарцев, бельгийцев. Скупкой алмазов занимаются четверо англичан из «Гавернмент дайамонд оффис», пользую­щиеся доверием «Де Бирс». Главная арте­рия города — длинная, извилистая, ожив­ленная улица. От нее отходят кривые пере­улки. На опушке густого леса видны боль­шие бунгало. Перед ними лужайки, покры­тые нежной зеленой травой, цветочные клумбы: типичный английский колониаль­ный комфорт.

Проехав 400 километров по покрытой густой растительностью местности, мы ви­дели участки искателей алмазов. Обнажен­ные по пояс, они роются в бесчисленных ямах, напоминающих воронки от артилле­рийских снарядов.

Искатели алмазов — африканцы руковод­ствуются, как утверждают, только своим чутьем, эмпирическим знанием местных гео­логических условий, а иногда советами кол­дунов. Ван Дер Лаан, автор книги «Алма­зы Сьерра-Леоне», вышедшей в Лондоне в 1965 году, писал, что с 1956 года эти «диггеры» («копатели») добывали ежегод­но по меньшей мере 1 200 тысяч каратов.

В Сьерра-Леоне около 38 тысяч искате­лей алмазов, которые работают на 2 200 концессиях в округах Кенема и Енгема. Чтобы получить лицензию на эксплуатацию участка, надо быть гражданином Сьерра-Леоне и уплатить 90 леоне (около 100 руб­лей) за право шесть месяцев работать на участке, имеющем форму квадрата, каждая сторона которого — 150 метров. Если по истечении шести месяцев владелец лицензии сочтет, что не исчерпал возможностей своего участка, он должен снова уплатить 90 леоне за право пользоваться им следую­щие шесть месяцев. Сумма в 90 леоне до­вольно умеренна, однако следует учиты­вать, что это только административный взнос, и каждый желающий получить кон­цессию должен пройти через лабиринт про­шений, рекомендаций, переговоров. А все это требует соответствующей мзды.

Закон разрешает концессионеру исполь­зовать до 20 рабочих; они не получают за­работной платы, а только еду, одежду и жилище. Это не столь уж обременительно для концессионера, если учесть, что люди одеваются в лохмотья, живут под соломен­ной крышей и питаются рисом, а также дичью и плодами, которыми богата окру­жающая природа. По контракту алмазы, найденные «компаньоном», должны прода­ваться хозяином, а прибыль — делиться по­ровну.

Получив концессию (обычно на берегу реки, потому что песок, содержащий алма­зы, встречается в наносах, которые намыва­ют реки в течение веков), начинают очи­щать участок от буйной растительности. Ри­скуя получить смертельный укус змеи или повстречаться с питоном, подвергаясь напа­дениям туч насекомых, наименее вредные из которых малярийные комары, старатель орудует топором, а затем с помощью кир­ки добирается до слоя песка, который считается «кладовой алмазов».

Днем место работ тщательно охраняется хозяином и его помощниками. Ночью дежу­рит сторож — единственный работник, полу­чающий заработную плату, иногда довольно высокую. Но и это не спасает хозяина уча­стка от потерь. Нередко ночью сторож сам занимается промывкой песка. Если он не­ожиданно исчезает, значит, видимо, ночью сделал интересную находку.

После того как обнаружен алмазоносный песок или жила, начинается добыча. Во время промывки африканцы, улыбаясь и обмениваясь шутками, терпеливо стоят в гряз­ной воде и стараются разглядеть среди по­хожих друг на друга мелких камешков, пе­рекатывающихся на дне сита, более тяже­лые, чистые и блестящие. На двух промыв­щиков приходится пять-шесть надсмотрщи­ков. Они сидят на корточках по краям во­ронки и следят за рабочими и друг за дру­гом.

Иногда начинается игра в прятки. Рабо­чий, нашедший крупный алмаз, пытается спрятать его. Если это удается, ночью он идет к скупщику-ливанцу, которому и про­дает драгоценный камень. Только скупщик имеет право продать алмаз представителю «Гавернмент дайамонд оффис» или «диле­ру», владельцу лицензии.

Уклоняясь от дележа прибыли, предус­мотренного контрактом, рабочий подвергает себя большому риску, попадая в зависи­мость от ливанского скупщика. К тому же он не может израсходовать на месте полу­ченные деньги. Поэтому, если найден круп­ный алмаз, весящий несколько десятков каратов, его обладатель предпочитает бро­сить пожитки и бежит в Либерию, где на­деется воспользоваться своим богатством.

 

Фабрики в зарослях

В округе Енгема «Сьерра-Леоне селекшн траст» ведет добычу алмазов промышлен­ным способом. С тех пор, как эта компа­ния подписала в 1935 году первый договор с администрацией колонии, отношения меж­ду Лондоном и Фритауном претерпели зна­чительные изменения.

На каждом этапе борьбы страны за неза­висимость, которая была провозглашена в 1961 году, представители «Сьерра-Леоне селекшн траст» встречали все большую ре­шимость сьерралеонцев избавить свою ал­мазодобывающую промышленность от за­силья иностранных монополий. Доходы от добычи алмазов дают две трети поступле­ний в государственную казну. В ходе деко­лонизации доля доходов и влияние «Сьерра- Леоне селекшн траст» неизменно сокраща­лись.

В округе Енгема на площади 600 квад­ратных километров, а в окрестностях Бамбары на 200 квадратных километрах «Сьер­ра-Леоне селекшн траст» ежедневно пере­рабатывает тысячи кубометров земли. В 1968 году в этих районах было добыто 715 552 карата (14 310 граммов) алмазов.

За высокими решетками, ограждающими постройки и предприятия «Сьерра-Леоне се­лекшн траст», посетитель может увидеть тщательно оберегаемые образцы ее продук­ции. По соображениям безопасности — в году предприятия компаний подверг­лись нападению — европейцы живут почти автономно в этом городе-саде.

Границы этой территории в 140 гектаров патрулирует пешая и моторизованная охра­на под командованием бывших английских сержантов. Охранники не вооружены, но зато не расстаются с дубинками, которыми, как утверждают, умело пользуются.

За пределами поселка в зарослях распо­ложены производственные постройки. Сло­вом «предприятие» англичане обозначают обширный алмазоносный участок и фабри­ку, построенную поблизости. В округе Ен­гема насчитывается 12 таких предприятий, новейшие из них полностью автоматизирова­ны (всего 6 рабочих). Здесь просеивается и обрабатывается песок, который доставля­ют грузовики. Каждое предприятие перера­батывает 80—100 тонн песка в час. Полученный концентрат содержит 0,8 карата на кубический метр породы.

С предприятий концентрат под усиленной охраной доставляется на сортировочную фабрику в Енгему.

Сортировка алмазов производится вруч­ную. У машин, передающих концентрат на смазанные жиром валы и листы (алмазы об­ладают свойством не увлажняться и «при­клеиваются» к этим листам, в то время как песок уносится водой), на высокой скамье сидят четыре человека. Склонившись над стеклянными витринами, напоминающими закрытые аквариумы, они отделяют драго­ценные камни от обычных. На руках рабо­чих длинные резиновые перчатки, верхняя часть которых по всей окружности наглухо прикреплена к краям двух отверстий, про­деланных в толстом стекле. Таким образом, рабочие держат алмазы в резиновых пер­чатках, но не могут достать их. Они протал­кивают алмазы в отверстия на другой сторо­не витрины, где за перегородкой постоянно находится один из английских специали­стов — человек, пользующийся доверием. Он наблюдает за всеми операциями и соби­рает алмазы. Сортировщики получают повышенную заработную плату, но это ничто в сравнении со стоимостью 14 килограммов алмазов, которые проходят ежегодно через их руки.

 

Компании спешат

В 1968 году компания добыла 715 тысяч каратов алмазов. 50 процентов из них продано монополии «Де Бирс», 27 процен­тов — бельгийскому алмазоторговцу Темплеману, 20 процентов — Гарри Уинстону из Нью-Йорка и 3 процента — другому амери­канскому торговцу алмазами, Лазарю Кап­лану.

Большие неприятности хозяевам «Де Бирс» доставляет нелегальная добыча алма­зов. Этим занимается довольно значитель­ная группа людей, которые обосновываются по соседству с участками, эксплуатируемы­ми или находящимися в резерве у компа­нии «Сьерра-Леоне селекшн траст».

В районе Коно и Бамбара действует не­сколько десятков тысяч нелегальных стара­телей. Однажды я летел на вертолете охра­ны «Сьерра-Леоне селекшн траст» вдоль рек, пересекающих алмазоносные зоны. Ис­пользуя складки местности, пилот заставал врасплох тех, кто занимался нелегальной добычей алмазов. При приближении верто­лета старатели убегали в соседние деревни, другие грозили кулаками, бросали в верто­лет различные предметы. Но они всегда бо­ятся, что пилот вызовет по радио подмогу с одного из 50 сторожевых постов компа­нии, армии или полиции Сьерра-Леоне. По­следние, впрочем, редко откликаются на призыв.

С нелегальными старателями расправ­ляется преимущественно сама «Сьерра-Лео­не селекшн траст». Ее силы охраны состо­ят из 950 человек, в том числе 57 офице­ров, из которых 3 африканца и 54 бывших английских военнослужащих и полицейских. С 1 июля по 1 декабря 1968 года в ходе дневных и ночных операций было произве­дено 2 556 арестов.

Министр горной промышленности, госу­дарственных имений и труда Сьерра-Леоне Камара Тэйлор, министерство которого раз­местилось в деревянных бараках в пред­местье Фритауна, не любит особенно рас­пространяться о нелегальной добыче алма­зов. Министр хорошо знает, что этим про­мыслом занимаются десятки тысяч человек, и, хотя такая деятельность незаконна, нет пока средств и возможностей для изменения условий жизни этих людей. Поэтому он сдержан в своих высказываниях. Он счита­ет, что надо ограничить число находящихся в стране ливанских торговцев.

Англичане надеются оставаться здесь еще лет пять, поэтому их предприятия работа­ют круглые сутки. Правительство Сьерра-Леоне, учитывая интересы значительной части населения, занимающегося нелегаль­ной добычей алмазов, старается в то же время не слишком раздражать «Сьерра-Леоне селекшн траст». Помимо того, что эта компания дает 12,5 процента поступлений в  национальный бюджет, в колледжах Анг­лии за ее счет обучаются будущие кадры сьерра-леонской алмазодобывающей промышленности. Но добытые этой компанией алмазы все равно теми или иными путями попадут в сундук «Де Бирс».

Морис Денюзьер, «Монд», Париж

Фото: USAID/Public Domain